Menu
RSS

Ергали БЕГИМБЕТОВ: Кого укроет страховой зонтик?

  • Автор: Светлана Грибанова

Страховая культура в Казахстане начнет развиваться, когда выплаты будут производиться полностью и в срок.

В начале 2016 года, когда прошедшая несколькими месяцами ранее девальвация тенге значительно ухудшила экономическое состояние населения и предприятий Казахстана, страховые компании предрекали замедление и даже стагнацию страхового рынка. Спустя год мы увидели, что прогнозы не сбылись и страхование в прошлом году не только не упало, но темпы его роста превысили показатель 2015 года: объем валовых собранных премий увеличился на 35,2% по сравнению с 8,3% годом ранее. Но очень трудно определить, продажа каких именно продуктов придала рынку ускорение, так как данных, которые публикуются в открытых источниках, слишком мало, чтобы составить представление о ситуации в страховом секторе.

Прошло почти четыре года с того времени, как «Эксперт Казахстан» опубликовал интервью с Ергали Бегимбетовым, в то время возглавлявшим дочернюю страховую компанию БТА Банка «Лондон-Алматы» (expertonline.kz/a11222). Тогда нашего собеседника волновала проблема недостаточности информации о страховом рынке. Сегодня г-н Бегимбетов руководит другой страховой компанией, Amanat, но дефицит информации по-прежнему остается барьером для серьезного анализа происходящих процессов. А без знания внутренних течений на страховом рынке очень трудно правильно выстроить свой бизнес.

На кофейной гуще

— Ергали, как вы оцениваете итоги развития страхового рынка за 2016 год?

— Рынок можно оценивать по двум показателям: валовые собранные страховые премии и чистые собранные страховые премии. Во втором случае подразумеваются премии, очищенные от премий, переданных в перестрахование. Именно этот показатель мы должны анализировать, если хотим составить более или менее близкую к объективной картину рынка. По валовым собранным страховым премиям прирост составил 35,2 процента. По чистым собранным страховым премиям рынок вырос на 15,5 процента. Более половины этого роста обеспечила всего одна страховая компания — «Евразия». Если скорректировать результаты, очистив их от показателей этой компании, то рынок в прошлом году по сравнению с 2015‑м, по нашей оценке, вырос не более чем на пять процентов.

— Какую часть этого роста обеспечила девальвация, то есть переоценка валютных активов по новому обменному курсу тенге?

— Вклад девальвации был незначительным, не более 10–20 процентов в общем росте. Хотя часть наших резервов, нашего собственного капитала действительно инвестирована в иностранные инструменты, страховые премии полностью собираются в тенге. В некоторых случаях увеличились страховые суммы для страхователей в силу того, что вырос курс доллара. Девальвация, конечно, сыграла определенную, скорее негативную, роль, повлияв на благосостояние страхователей. У многих физических лиц просто не было денег на покупку страховки, компании тоже сокращали расходы на страхование.

— Тем не менее, рынок вырос. Какие продукты лучше продавались в прошлом году?

— Всегда хорошо продаются продукты корпоративным клиентам. Если говорить конкретно о нашей компании, в 2016 году мы наблюдали и рост страхования физических лиц. Как обстоят дела в целом по рынку, я не могу сказать: на основании тех сведений, что публикует Национальный банк, анализировать состояние страхового сектора невозможно — слишком мало информации. В основном в открытом доступе есть макропоказатели: объем валовых собранных премий по тем или иным классам страхования, но даже эта информация не публикуется в разрезе юрлиц и физлиц, поэтому мы не знаем, как меняется структура рынка. Возьмем ОС ГПО ВТС. По этому классу страхуются юрлица и физлица, но по статистике Нацбанка мы не можем оценить, какую долю страхования в автогражданке занимают юрлица, какую — физлица. То же самое добровольное страхование автотранспорта — КАСКО. Конечно, есть отдельные классы исключительно для юридических лиц — авиастрахование, например, страхование железнодорожного транспорта, страхование различных видов ответственности — в этих классах можно анализировать информацию и делать выводы о том, как они развиваются.

Отсутствие более детальных данных о страховом рынке не дает возможности судить и о страховой культуре населения. Мы не знаем, какую часть в имущественном страховании занимает залоговое страхование. Когда мы видим, что рынок по этому классу вырос, то не можем сказать, за счет чего — банкострахования залогового имущества, что должно означать и рост кредитования, или незалогового имущества. В первом случае речь по сути идет о вмененном страховании, когда кредитор обязывает заемщика страховать залоговое имущество. Хотелось бы видеть отдельную статистику по клиентам в разрезе видов страхового имущества, залогового и незалогового, по имуществу аффилированных лиц страховой компании, ведь многие СК входят в финансовые холдинги. Если бы мы видели, что 90 процентов премий страховая компания получает от аффилированных лиц, то мы могли бы понять, какое место реально она занимает на рынке. А так как этой информации в открытом доступе нет, мы не знаем, как развивается рынок, за счет каких продуктов он вырос или упал. Мы обращались в Нацбанк с просьбой публиковать информацию в разбивке. В Нацбанке нам ответили, что страховые компании, принадлежащие финансово-промышленным группам, выступают против. Удивительная и неуместная щепетильность.

— Таким образом, страховой бизнес по-прежнему остается закрытым?

— Да, это совершенно непрозрачный рынок.

— Значит, не имеет смысла задавать вам вопрос о доле банкострахования? Но ведь несколько лет назад регулятор принял решение, обязывающее банки предоставлять заемщикам свободу выбора страховщика при кредитовании.

— Такое решение есть, но оно на деле не выполняется. Не только банки, но и микрофинансовые и лизинговые организации обязывают клиента страховаться в определенной компании. В противном случае заемщику могут если не отказать в кредите, то затянуть рассмотрение заявки. Говорю об этом, исходя из собственного опыта.

— Насколько критично для страховых компаний отсутствие детально классифицированной информации?

— Существует инструкция по риск-менеджменту, которая обязывает нас проводить очень глубокий анализ рынка и окружающей среды, оценивать угрозы, прорабатывать различные сценарии — пессимистические, оптимистические… Но, повторюсь, оценивать риски на основании той информации, которую дает Нацбанк, просто невозможно.

— С самого становления страховых компаний мы слышим о низкой культуре страхования в Казахстане. Чтобы подтолкнуть наших граждан, да и юрлиц к страхованию, нужны обязательные виды, а также добровольно-принудительные, если говорить о банкостраховании. Почему за 25 лет люди так и не поняли преимуществ страхования? Только ли нежелание нести лишние расходы причина этому? Есть ли вина самих страховщиков?

— Страховая культура напрямую зависит от страховых компаний. Если страховщики не обманывают клиента, делают выплаты при страховом случае добросовестно, оперативно, честно и в полном объеме, тогда страховая культура будет развиваться. Если страховая компания преследует одну цель — заработать как можно больше в ущерб своей репутации и своему предназначению, то о какой страховой культуре может идти речь?

— Это ведь еще и вопрос доверия… Жаль, что, как вы говорите, не публикуется статистика в разбивке по клиентам, тогда можно было бы отследить, растет ли число физлиц, которые добровольно приобретают страховку.

— Если говорить об абсолютном большинстве населения, то страховой рынок доверия, наверное, пока не завоевал. Многие люди заключают договоры добровольного страхования, но это не приобрело массовый характер. И в основном это добровольное страхование автотранспорта. Действительно, не имея данных, мы не можем сказать, растет ли рынок добровольного страхования физических лиц, стоит ли он на месте или откатывается назад. За счет чего он вырос: за счет залогового кредитования или благодаря развитию страховой культуры? Только внутри нашей компании я могу сказать, как меняются показатели, почему это происходит, какие продукты лучше покупаются и так далее. Но наша компания — это не отражение ситуации во всем страховом секторе, ее доля на рынке — всего три процента. Некоторые СК выросли более чем на 40 процентов. За счет чего? Мы не видим, что они стали более активными на рынке.

Горячая тема для автомобилистов

— Решается ли вопрос с агентскими комиссиями? Страховщики не раз заявляли о недопустимо высоких выплатах агентам, что влияет на рост тарифов.

— Я бы не сказал, что у нас высокие тарифы, особенно с учетом девальвации. Цены на автозапчасти выросли почти вдвое, а премии по обязательному автострахованию не увеличились на ту же цифру. Тариф ежегодно растет согласно размеру МРП где-то на семь процентов. Что касается агентских премий — здесь есть два пути. Большинство СК движется по самому примитивному: платят высокие комиссионные страховым агентам, благодаря чему являются лидерами на рынке обязательного автострахования. Компенсировать эти расходы СК должна за счет прибыли. Но если страховщик отдает большую часть премии агентам, значит, тем самым лишает себя возможности получить прибыль. Перекрыть этот убыток он может на страховых случаях: меньше выплатить пострадавшему лицу, обмануть его, затянуть процесс выплаты настолько, чтобы он просто перестал надеяться на получение страховой выплаты. Такой подход не способствует развитию страховой культуры в Казахстане. Это замкнутый круг. Если человека обманули с выплатой ущерба, он перестает вообще верить в страхование как институт и начинает относиться к обязательному страхованию как к вмененному налогу. Он старается сэкономить и покупает страховку у тех компаний, которые дают скидку. А скидки дают недобросовестные компании, которые знают, что смогут их компенсировать за счет неполной выплаты ущерба. У тех страховщиков, которые выполняют свои обязательства полностью, нет возможности демпинговать. И все же мы уверены, что в этой части будут большие изменения. В нашей компании мы ввели столько новшеств, что уже стали в области высокого качества и сервиса лидерами и маркетмейкерами. Некоторые СК уже копируют наши преимущества.

— Сколько времени у вас занимают процедуры оценки и выплаты ущерба по автогражданке? Что нужно сделать человеку, попавшему в ДТП?

— Просто позвонить в нашу компанию и сообщить об этом. К вам выедет аварийный комиссар, он все оформит, и уже на третий-четвертый день вы получите деньги.

— Как вы оцениваете ущерб?

— Это зависит от условий договора. Если у вас полис КАСКО, то там полностью прописано, как оценивается ущерб, это делает только сервисный центр. Автомобиль загоняется в сервисный центр по выбору страхователя, там осматривают машину, выставляют нам счет, и мы его оплачиваем. При обязательном страховании в дело включается оценщик. Если страхователь согласен с оценкой ущерба, мы выплачиваем деньги, в противном случае он имеет право оспорить сумму ущерба. Мы прислушиваемся к аргументам пострадавшей стороны, и если аргументы объективны — насчитанная сумма не покрывает ущерб — мы, соответственно, увеличиваем размер страховой выплаты. Но если мы видим, что пострадавший просто хочет вытребовать лишние деньги, то мы аргументированно отказываем, и тогда он вправе оспорить наше решение в суде. Чаще всего так случается, когда мы имеем дело с автомобилями премиум-класса, где по инструкции завода-производителя при повреждении колеса, например, рекомендуется изменить целый ряд деталей, вплоть до рулевого механизма, которые не были повреждены. Мы же, согласно законодательству, оплачиваем только то, что повреждено.

В обязательном страховании, в отличие от полиса КАСКО, учитывается амортизация в зависимости от года выпуска. Сервисные центры этого не учитывают. Несмотря на то что машина старая, деталь нужно ставить новую. В нашей компании самая высокая убыточность по добровольному автострахованию. В то же время убыточность у нас не критичная, я бы сказал, что для западного рынка это даже хорошая цифра.

— Но ведь и тарифы по автоКАСКО выше, чем по обязательному автострахованию.

— Конечно, но мы не можем их слишком завышать, потому что в результате девальвации платежеспособность населения упала. Люди вынуждены отказываться от страховки, покупать более дешевую, просить скидки. Устанавливая цены, мы должны учитывать ситуацию на рынке, но и не работать себе в убыток.

— Обязательное автострахование, очевидно, близко к стопроцентному охвату рынка. Какая доля в этом виде страхования приходится на автоКАСКО? Таким образом можно оценить, насколько сильно проникновение добровольного страхования.

— Размер страховой премии на один автомобиль по добровольному страхованию примерно в 10 раз выше страховой премии по обязательному страхованию. Объем премий по добровольному автострахованию примерно в два раза ниже объема премий по обязательному автострахованию. Это связано не только с платежеспособностью населения, но и с недоверием к страховщикам: достаточно один раз столкнуться с плохим сервисом, чтобы больше никогда не иметь дело со страховой компанией, разочароваться в полисе КАСКО как в надежном инструменте.

— При покупке автомобиля в кредит КАСКО является обязательным?

— Да, нужно или приобрести полис, или стоимость страховки зашивается в процент вознаграждения по кредиту. Я думаю, если брать весь рынок, то залоговое КАСКО составляет примерно 70 процентов. Но это только предположения, потому что эти данные не публикуются. Мы не можем, опираясь на показатели, оценивать все риски на этом рынке — нет информации. В 2016 году очень сильно, почти в 10 раз, выросли тарифы по автогражданке для автомобилистов, временно въезжающих на территорию Казахстана. В прошлом году резко увеличился объем продаж по этому классу страхования. Но мы не знаем, какую долю в этом росте занимает страхование временно въезжающих. Может быть, рынок вырос за счет роста тарифа для этой группы страхователей, может быть, увеличился охват автовладельцев, постоянно проживающих в Казахстане.

Ненаучная фантастика

— В России снижение ставок по депозитам заставляет людей искать другие инструменты сбережения, более выгодные. Именно этим эксперты объясняют неожиданный интерес к страхованию жизни. В Казахстане мы видим ту же ситуацию: падает базовая ставка НБ РК, значит, будут снижаться и ставки по вкладам. Возможны ли у нас такие перетоки денежных средств из банков в СК-лайф?

— Чтобы заработать на интересе, нужно заключать многолетний договор страхования. Но как обеспечат доход компании по страхованию жизни, если некуда инвестировать? Это первое. Второе: вы должны понимать, что СК, где вы застраховались, просуществует на рынке весь срок, на который заключен договор, то есть 10–20 лет и более. У нас люди депозит очень часто на один год открывают, а доверить деньги страховой компании на такой срок мало кто решится. Для того, чтобы развивалось накопительное страхование, должна быть стабильная ситуация и вера населения в лучшее будущее, в законы, в судебную систему… В таком случае можно доверить деньги страховой компании на много лет вперед, да и не только страховой компании. Вспомните нашу пенсионную систему: после объединения активов в ЕНПФ списали 100 миллиардов тенге в убыток. Почему их списали? Куда они делись? Никто не ответил. Расследование не проводилось. После этого о каком долгосрочном доверии в финансовые институты может идти речь? Если за счет падения ставок по депозитам резко вырастет накопительное страхование, я буду этому только рад, но это представляется мне фантастикой.

— Давайте вернемся к реальности. Как вы диверсифицируете ваш портфель ценных бумаг в разрезе валют?

— Примерно 40 процентов активов у нас инвестировано в иностранную валюту, практически полностью в доллары, порядка 60 процентов — в тенге. Мы так сбалансировали наш портфель, что при падении доллара мы выигрываем на росте тенге. Хотя при очередной девальвации мы можем потерять всю прибыль.

 

Источник: Expertonline.kz

 

Поделиться с друзьями в социальных сетях!

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить